Малофеев против Новака: Национальный и глобальный капитал поспорили о выходе из бензинового тупика

Топливный кризис в России становится постоянной реальностью. Страна-бензоколонка теперь — недостижимый идеал.

Чиновники латают дыры, иногда успешно, но будущее рынка туманно. Без радикальной смены концепции развития нефтяной отрасли устойчивых улучшений вряд ли следует ожидать.

В начале текущей недели топливо было доступно на 28% автозаправок в стране. Неделей раньше полных АЗС было 41%. Что будет к концу августа? Так или иначе, надежды на быстрое преодоление кризиса авральными мерами не оправдались.

Сухие цифры дефицита топлива «на земле» оборачиваются потерянным временем на его поиск, злостью водителей от невозможности заправить полный бак (лимиты), завышенными ценами на АЗС и «конскими» ценниками из-под полы, очередями, в которых то и дело возникают конфликты, драки, а порой и поножовщина.

Читайте также

Атомный прорыв. Зачем России новые гигаватты и малые АЭС Борис Марцинкевич: В правительстве есть люди, прямо противодействующие тому, что требует президент

Приходится констатировать: предпринятый федеральными властями (местные здесь ни при чём — они не в силах регулировать общероссийский рынок) комплекс мер носит паллиативный характер, позволяет лишь сдержать катастрофу, замедлить падение, но не выровнять ситуацию и тем более не стимулировать рост.

Среди этих мер — запрет на экспорт топлива, снижение обязательных нормативов продаж на бирже с 15% до 10%, чтобы нефтяные компании могли направлять больше топлива в регионы напрямую, разрешение производить бензин низких экологических стандартов (Евро-2, Евро-3, Евро-4). Всё, чтобы хоть как-то насытить рынок.

Сдвиг вправо сроков плановых ремонтов НПЗ тоже выглядит здраво: заводы должны гнать топливо, отремонтируются потом, когда зальют дефицит. Но с учётом того факта, что кризис начался после вывода из строя НПЗ массированными атаками дронов ВСУ, а не в результате естественного износа, эффект от переноса сроков будет минимальным.

Всего с января по июль украинские БПЛА ударили по 26 НПЗ в России. Из них семь пока не восстановили производство. В августе работу прекратили четыре из девяти атакованных НПЗ. Но кто может гарантировать, что атаки прекратятся и Киев позволит спокойно восстановить уничтоженное? Увы, почти наверняка будут новые потери…

Производство нефтепродуктов в апреле текущего года сократилось на 9,2% в годовом выражении, в мае — уже на 13,5%, а в июне — на 21,8%. Сейчас падение производства, судя по росту дефицита, ещё сильнее. Закрыть эту брешь помогут поставки из-за рубежа, похоже, рассчитывают чиновники.

«Уже пошёл импорт», — обнадёжил профильный вице-премьер Новак после того, как на Петербургской бирже прошли первые торги индийским АИ-92.

Танкер долгое время не разгружали в порту Мурманска, так как стороны не могли договориться о цене. В итоге импортный бензин продали чуть ли не вдвое дороже, чем отечественный.

Другой вариант — бензин с Мозырского и Новополоцкого НПЗ в Белоруссии. Вот только совокупный экспортный потенциал обоих покрывает менее 10% российского потребления. А ведь у Минска обязательства и перед другими покупателями. К тому же эти НПЗ могут вывести из строя так же, как и российские, — Зеленский уже грозился.

Есть данные о поставках некоторого количества бензина из Казахстана. Поставки из Китая, хотя бы в приграничные регионы России вроде Забайкалья, носят скорее гипотетический характер. При всём стратегическом союзничестве и партнёрстве с Москвой ни одна страна не станет сама лишать себя топлива в угоду соседу.

Складывается парадоксальная ситуация: энергетическая сверхдержава вынуждена завозить бензин из стран, которые не только не имеют своих запасов нефти (кроме Казахстана), но и покупают эту нефть у России и перерабатывают её на своих заводах. Причём в случае Индии покупают сырьё за полцены, а продукт переработки продают вдвое дороже. Бизнес.

Получается, бензиновый импорт приносит стране убытки, не покрывает гарантированно нехватки на внутреннем рынке и может быть сорван в любой момент новыми форс-мажорными обстоятельствами. Никакого другого выбора, кроме налаживания достаточного, а лучше избыточного производства нефтепродуктов внутри страны, не существует.

Именно такой вариант предлагает поскорее реализовать патриотический олигарх Константин Малофеев. Нужно начать массово строить по всей стране мини-НПЗ, так называемые «самовары» — так их называли в 90-е, написал он (особенно популярны они были в Чечне, где есть своя нефть и образовался вакуум власти).

«Чем шире сеть, тем сложнее нанести ей ущерб», — напоминает Малофеев слова президента полуторамесячной давности и сетует, что дело не движется. Добрым словом и жёстким приказом можно сделать больше, чем просто добрым словом. Пора ставить регионам нормы и сроки, проверять исполнение и наказывать за саботаж, указывает бизнесмен.

Причину пассивности Малофеев видит в устойчивости сложившейся модели. «Чиновники боятся согласовывать, предприниматели боятся чиновников, нефтяники-монополисты гонят сырьё за рубеж…

Страна с огромными запасами нефти не имеет права сидеть без топлива", — резюмирует Малофеев так, будто выдвигает ультиматум. Видимо, достало.

По сути, речь идёт о столкновении, заочном споре национального капитала (Малофеев) и глобального (Новак). Ведь Россию привела в нынешнее положение многолетняя ориентация на интересы именно глобального рынка, когда ставка была сделана на экспорт нефти, а бензина производили для внутреннего рынка впритык.

Читайте также

«Остается верить в чудо»: Россияне начали было меньше ощущать инфляцию, но топливный кризис всё испортил Может ли повториться народный «набег» на банки

Подобное положение особенно удручает, поскольку именно наш соотечественник — инженер Владимир Шухов (башня на Шаболовке) — первым в мире, ещё в имперские времена, запатентовал промышленную установку крекинга нефти. Все нынешние НПЗ — её наследники. А СССР затем развил успех, отстроив мощную нефтяную индустрию.

А только нынешние «бездеятели», заполучив её куски под контроль, ограничились лишь модернизацией с помощью западных технологий. Теперь из-за санкций в стране нет ни производства нужного оборудования, ни достаточного количества кадров. «Самовары» Малофеева — не только способ насытить рынок, но и шанс развернуть деградацию вспять.

Лучше этого — только поставить будущую, вновь отстроенную национальную нефтяную отрасль на службу всему обществу. И не только ликвидацией дефицита и уплатой налогов, но и направлением прибыли от продажи за рубеж продуктов высокого передела (а не сырой нефти!) в бюджет страны. Но это политическая задача будущего, а пока…

В нулевые, для того чтобы не позволить передать контроль над российской нефтянкой американцам и консолидировать её под крышей «Роснефти», пришлось сажать за грехи владельцев компании ЮКОС. Отрасль за страной удержали, но заставить её заняться глубокой переработкой углеводородов то ли не смогли, то ли не захотели.

Не исключено, что сейчас, ради новых тектонических изменений внутри российской нефтяной индустрии, которые покончат с бензиновым кризисом навсегда и станут источником новых бюджетных поступлений в будущем, государству придётся вновь сделать крепкое внушение тем, кто слишком увлёкся экспортом сырой нефти ради собственного кармана.

Махмуд, поджигай!